Разговор с Константиновой — о хейтерах, Трусовой и академии Плющенко

Станислава Константинова, тренируясь в Санкт-Петербурге у Валентины Чеботаревой, стала участницей чемпионата мира — 2018 и чемпионата Европы — 2019, бронзовым призером Универсиады-2019. Затем результаты фигуристки пошли на спад, и она решила перезапустить карьеру в академии «Ангелы Плющенко». Попытка оказалась не слишком удачной. На последнем чемпионате России в Челябинске Константинова заняла 16-е место. Сейчас Станислава начала тренироваться в группе Виктории Буцаевой. В интервью корреспонденту РИА Новости Борису Ходоровскому фигуристка рассказала о причинах смены тренеров и своей нынешней мотивации.

— Даже немного странно говорить об этом спустя год. Мы очень долго работали вместе с Валентиной Михайловной, и в какой-то момент почувствовала, что зашли в тупик.

— Не жалеете о сезоне, проведенном в «Ангелах»?

— Мне в принципе не свойственно о чем-то жалеть. Это жизненная позиция. А уж жалеть о переходе и вовсе не стоит. Очень довольна, что тренировалась у Александра Сергеевича Волкова и Евгения Викторовича Плющенко. Для меня это был неоценимый опыт. Кардинально поменяла все! Поначалу меня словно холодным душем окатили, помогали за короткое время набирать оптимальную форму. Никогда прежде не работала так, как в Москве. Стала более дисциплинированной. Новые наставники подчеркивали, что нельзя акцентировать внимание на неудачах, а нужно концентрироваться на тренировочном процессе. Иногда после двух полных прокатов буквально заставляли делать третий. Хотя порой даже сил не было.
— Пришлось ли менять поставленную в детстве прыжковую технику, насколько близки вам были образы, предложенные для новых программ?
— В технике пришлось поменять очень многое. Практически каждый прыжок училась делать заново. Хотя по прошествии года понимаю, что кардинально все поменять в моем возрасте уже невозможно, как и возвратиться к старой технике. Стараюсь находить что-то среднее. Если говорить о программах, то задачей новой команды было показать меня с неожиданной стороны. Жаль было прощаться с любимыми программами, но «Анну Каренину» нельзя было катать четвертый сезон. Думаю, что могла бы исполнять свой любимый «Февраль», но нужно было пробовать что-то новое. При этом никто не собирался надевать на меня чужой образ. Нужно было показать новую Константинову. Даже не ожидала, что это будет так легко и приятно.

— Можно ли в 20 лет усложнить контент исполняемых программ?

— Ничего невозможного нет. Все фигуристки проходят переходный возраст. Стараюсь не обращать внимания на разговоры доброжелателей, которые советуют заканчивать карьеру из-за отсутствия перспектив. Верю, что смогу еще показать достойное катание, и работаю для этого.

— Ставите ли какие-то конкретные цели в плане результатов на соревнованиях?

— Сейчас начала работать со спортивным психологом, чтобы выработать мотивацию для выступлений. Для меня возможность совершенствоваться важнее, чем титулы и призовые. Поняла, что мне безумно нравится фигурное катание! И не только выступления на соревнованиях, но и «пахота» на тренировках. Понимаю, что чистые прокаты нужно показывать на соревнованиях. Чемпионы тренировок никому не интересны.

— Предложение перейти в танцы на льду не поступало?

— Поступало, но не думаю, что речь шла о серьезных перспективах. Две мои лучшие подруги в мире фигурного катания занимаются танцами. Мы обсуждали тему возможной смены специализации и пришли к выводу, что танцы — это точно не мое. Катаюсь хаотично и эгоистично, а с партнером такое не пройдет. Вряд ли он оценит мои порывы.