Климент Колесников: многие психологически себя гробят, а я спокоен

Климент Колесников: многие психологически себя гробят, а я спокоен

© РИА Новости / Максим БогодвидВероника ГибадиеваР-СпортВсе материалы
Климент Колесников за два дня дважды обновил рекорд мира на дистанции 50 метров на спине. В интервью специальному корреспонденту РИА Новости Веронике Гибадиевой он рассказал о первых успехах в плавании, психологическом настрое и долгожданном походе в кино после снятия локдауна.

— Это случилось не в какой-то определенный момент. Нет. Я шел к этому постепенно, результат за результатом. Секунды становились все серьезнее, но и спрос из-за этого тоже был серьезнее. Так что все было постепенно, с каждым стартом приходило это осознание. Первым таким моментом, точкой отсчета, стал «Веселый дельфин», там проплыл 200 м комплекс. Там была одна из таких значимых для преодоления целей. Ставил себе задачу побить рекорд Никиты Третьякова, все получилось, и я понял «нифига я так круто проплыл!» Хотя рекорд скоро побили и сразу на четыре секунды (смеется).

Потом, в 2016-м, установил первый юношеский рекорд мира на 100 м на спине. Это были такие первые глобальные успехи. По взрослым – первым важным стартом был чемпионат мира в 2017 году. Было четвертое место, мне не хватило 0,07 секунд до бронзы.

Климент Колесников: многие психологически себя гробят, а я спокоен

— Многие говорят, что у нас в юниорском спорте есть проблема с перетренированностью. Очевидно, это прошло мимо вас.

— Все было грамотно. Я с пониманием отношусь ко всем тренировкам, которые составляет мой тренер, которые даются мне. Ни разу не было такого, чтобы я сказал: «Не хочу это делать, непонятно, зачем это». Бывают моменты «тяжело, но надо». Или очень устал, и тренер может заменить задание. До отказа дело не доходило, да и не нужно.
— Как удалось этого добиться?
— Просто обратная связь. Бывает, да, тяжело — когда после Нового года идет большая нагрузка. Например, отрабатываем отдельно повороты, а я уже этих поворотов наделал за время другого задания так, что ноги немного отказывают, я могу сказать: «Дмитрий Геннадьевич, как вы смотрите на то, чтобы заменить это задание на другое». Он смотрит со стороны и видит, насколько я устал. В этом случае он может заменить задание или сказать, что сделать все-таки придется, но помягче. Я с пониманием отношусь и нормально все. Никаких скандалов никогда не было.
— А ощущения зашора?

— А от чего?
— От психологического спада, например.
— В этом плане всегда все спокойно было. Я могу себя отвлекать, концентрировать.
— Как?

— Чем угодно. Ребята позовут поиграть в «Монополию», и я иду, могу поиграть в телефоне, могу пойти просто полежать. У меня нет такого, чтобы я циклился на том, чем бы себя отвлечь и как бы мне отдохнуть.
— В «Монополию» выигрываете?
— Естественно (смеется).
— Топ-3 занятий на Круглом.

— Пинг-понг, настольные игры. Ну и просмотр сериалов (смеется).
— Какие «настолки»?
— Карты те же самые. Еще на сборе играли в настолку, у Гриши Тарасевича была… Название не вспомню. Там надо застраивать поле башнями в три этажа и, как только застраиваешь, поднимаешься и побеждаешь. Мы сидели и играли: я, Гриша, Андрей Жилкин и Саша Жигалов.

Спокойствие, только спокойствие

— Насколько вы спокойный человек?

— Я максимально быстро успокаиваюсь, так скажем.
— Самый эмоциональный момент из предыдущих стартов?
— Рекорд мира на ISL, 100 м в финале. Обычно я сразу успокаиваюсь после дистанции, но тут еще целый день об этом думал. Просто когда я первый раз его поставил на Кубке Сальникова, это было «ух ты, рекорд мира». И тут его побили. Пришлось ждать целый год, плюс пандемия, но все-таки на ISL удалось его вернуть.

Климент Колесников: многие психологически себя гробят, а я спокоен

— А как справляетесь, когда нацеливались на какой-то результат и не получилось его реализовать?

— Я обычно ориентируюсь на время. И если мне удается это сделать, это как правило медаль. Вот я расстроился, когда 0,07 секунды до третьего места не хватило на первом взрослом чемпионате мира. На чемпионате мира по короткой воде в Ханчжоу, где я проплыл 100 м на спине и был четвертым, тоже расстроился — по дорожке меня кидало, потолок был сферообразный. Но не было такого, чтобы я все плохо проплыл. Бывает что-то одно не получается из-за каких-то ошибок, а не из-за того, что я эту дистанцию не подготовил. Вечером об этом подумаю, а утром уже спокойный хожу.
— Насколько тяжело переживали проблемы со здоровьем перед Кванджу?
— Был спокоен совершенно. Я вообще ко всему отношусь максимально спокойно. Даже, например, если брать ту же Олимпиаду. Если ее отменят или не допустят нас в последний момент, я подумаю так: «значит, поедем на другие соревнования». Ведь я рассчитываю, что проплаваю еще… Не будем загадывать, как долго (улыбается).
Кто-то скажет, что это какая-то халатность так думать про чемпионат мира и спокойно относиться к возможному пропуску… Многие в такой ситуации нагнетают, часто психологически себя этим гробят, но я был спокоен. Отстранился от этих проблем, ни о чем не думал. Лежал в клинике и ждал, что скажут врачи. Вот и все. Потом получилось приехать и проплыть. Может я бы реагировал иначе, если бы не смог поехать, не спорю… Но вот в Индианаполис на чемпионат мира не поехал из-за ангины и в тот момент думал, что я подвел ребят. Но это со спортивной точки зрения, а с человеческой — просто была тяжелая ангина. Я ничего не мог с этим сделать и бесполезно было расстраиваться. Посмотрел, как они плыли, за ребят порадовался… Просто готовился к следующим соревнованиям.

— А это спокойствие всегда было или оно приобретенное?
— Не знаю. Помню только, что раньше я очень нервничал. Переломный момент был после того самого «Веселого дельфина» в осознании и понимании чего-либо. А за год до этого я так перенервничал, что не спал всю ночь, проплыл 200 м комплексом хуже, чем на отборе. Мне сказали «ну что ты так нервничаешь». И вот в следующем году я уже поставил рекорд. И как рукой сняло. Перестал нервничать абсолютно. Я даже об этом не думаю. Меня частенько спрашивают, как ты абстрагируешься от этих переживаний, а я даже не знаю, что и сказать… Не знаю, мозг у меня, наверное, такой…
— Спасибо ему за это. Ведь помогает.
— Да, помогает (улыбается).

Готовимся к Токио

— В зарубежных СМИ многие восторженно писали о наших результатах в отборе, у нас же многие относятся скептически, боятся, что «сыграли в отбор».

— Я думаю, что не стоит загадывать. На каждого в этом плане найдется свой ответ.

Климент Колесников: многие психологически себя гробят, а я спокоен

— Кто-то из соперников, из других стран писал вам после отбора?
— Очень много ребят написали, много новостей вскользь просмотрел в зарубежных СМИ. Больше было фидбека после 100 м кролем. Я и сам, наверное, был ей больше доволен, хотя на 100 м на спине тоже получилось неплохо, но там по времени не доработал по задаче, которую ставили. Плюс в кроле был риск, что я его плыву вместо 200 м на спине. И тут рекорд России, так что да, это был важный момент.

— Какая мера по ковид-безопасности бесит вас больше других?
— Каждого что-то из этих мер раздражает. Меня — нет. Может, опять же, это мой мозг (смеется). Я спокойно отношусь к тестам, к маскам — уши у меня от нее не болят, а если и натерлись, то ничего страшного. Напрягло только то, что я какое-то время не мог ходить в кино. В остальном — ничего вообще. Сборы, да, отменились, хотелось бы на солнышко съездить, но нет так нет. Не было у меня такого «О боже, надо сидеть дома».
— Про кино — удалось уже сходить?
— В прошлом году так и не получилось, даже когда кинотеатры начали открывать, я решил не рисковать. А вот перед чемпионатом России решил сходить на «Годзиллу против Кинг Конга». Поздний сеанс, в зале было шесть человек. Не думаю, что очень сильно рискнул, потому что выбрал нормальное для этого время и соблюдал все меры.