Владимир Крикунов: терпеть боль стало невозможно, и решили – пора резать

Владимир Крикунов: терпеть боль стало невозможно, и решили – пора резать

В среду московское «Динамо» проведет матч регулярного чемпионата КХЛ против одноименной команды из Минска. Эта игра станет первой для Владимира Крикунова на тренерском мостике после удаления аппендицита. Артем Дроздов узнал у мэтра, как он перенес операцию, и как совет Владимира Юрзинова, вполне возможно, оставил его в живых.

Подкидыш или особенный?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну как же. Пока половина мира прячется от коронавируса, а другая с ним борется, вы попали в больницу с аппендицитом…
— Ну, вот так меня на восьмом десятке угораздило. А самое интересное — у меня в роду ни у кого не было этого аппендицита. Ни у родителей, ни у братьев, ни у сестер. Получается, что я подкидыш какой-то.
— Скажете тоже. Может не подкидыш, а наоборот — особенный?
— (Смеется) Не знаю, как насчет меня, но ситуация и впрямь получилась неоднозначной. Самое главное — я на собственном примере убедился, что в условиях пандемии никто из нас не должен забывать и о других болезнях, которые никуда из нашей жизни не делись и которые способны дать о себе знать в любой момент.

— Признаюсь честно, до случая с вами я полагал, что взрослым людям опасаться аппендицита не стоит.
— Я тоже так думал, но в больнице мне быстро объяснили, что острое воспаление аппендикса может случиться у человека любого возраста.

Главный тренер ХК «Динамо» Владимир Крикунов (на втором плане) во время матча регулярного чемпионата Континентальной хоккейной лиги между ХК «Динамо» (Москва) и ХК «Спартак» (Москва).

— Как вы поняли, что в вашем случае дело обстоит серьезно и надо срочно ложиться в больницу?

— Так в том-то и дело, что в самом начале этой истории я и не подозревал, что у меня все настолько серьезно. Мы с командой отправились на выезд в Ярославль. По дороге у меня заболел живот. И, как это часто у нас у русских бывает, до поры до времени мы не обращаем должного внимания на боль: махнешь рукой, успокоишь сам себя, мол, сейчас немного поболит и все само собой пройдет.

— Вот и вы так же решили?
— Конечно. Отработал игру с «Локомотивом». Потом мы перебрались в Санкт-Петербург. Боли в животе не прекращались. И уже в Северной столице я начал подумывать о том, что в моем случае происходит что-то серьезное. Доктор команды прощупал низ моего живота и только подтвердил мои опасения. Сразу после этого я принял решение поехать в клинику и выяснить истинную причину этой боли.

— Диагноз вам поставили сразу?

— Моментально. Терпеть боль к тому времени было уже невозможно.

Совет от Юрзинова

— Не кажется ли вам, что все произошедшее с вами в Санкт-Петербурге, случилось, может быть, и некстати, но очень вовремя?
— Врач, который делал мне операцию, так и сказал. Он посоветовал мне представить, что было бы, если бы острый приступ случился у меня, ну, например, в самолете. А зная специфику нашей жизни, постоянные перелеты–переезды, нетрудно догадаться, что такой вариант был вполне возможен.

— Игру «Динамо» против СКА вы видели?
— Нет. Правда, к началу матча я от наркоза уже отошел.
— Так в чем же было дело?
— Матч не удалось посмотреть из-за строгих правил нахождения в постоперационном стационаре.

— Неужели вам не могли сделать исключение?
— Ничего подобного. Плюс мое пребывание в обособленном помещении было связано с тем, что при поступлении в больницу мне пришлось сдать анализ на коронавирус. Как только был получен отрицательный результат, меня тут же перевели в обычную палату.
— И вы тут же стали искать пульт от телевизора?
— Заброшенные и пропущенные шайбы из нашего матча с питерскими армейцами посмотрел на телефоне. А уже на следующий день подробно ознакомился с содержанием всей игры.

— Ну и как вам действия хоккеистов «Динамо»?
— Мне понравилось, как ребята двигались на протяжении всего матча. Ситуация для них сложилась нестандартная, но они правильно настроились и сумели сохранить хладнокровие от начала и до конца.
— Ходили слухи, что вы уже были готовы к выполнению своих обязанностей в игре против ЦСКА.
— Это не слухи, а правда. К тому моменту я уже вернулся в Москву. В день игры я присутствовал на раскатке. Мы вместе с помощниками наметили состав, но…

— Почему же в итоге вы решили отказаться от первоначальных планов?
— Взвесив все за и против, я решил не рисковать. Мне и Владимир Юрзинов позвонил и прямым текстом сказал: «Василич, не торопись! Не дай бог, шайба попадет в то место, где была сделана операция».

 

Советский хоккеист, тренер Владимир Юрзинов-старший
— С Владимиром Владимировичем трудно не согласиться.

— А он как в воду глядел.
— В смысле?
— Уже после матча с ЦСКА я разговаривал с одним из своих помощников, Андреем Скопинцевым, и он мне рассказал, что во время игры шайба после прямого броска прилетела на нашу скамейку. И, что характерно, попала именно в то место, где как раз я обычно и нахожусь.
— Мистика!

— Никакой мистики, исключительно холодный расчет. Эмоции эмоциями, но никогда при этом нельзя забывать, что со здоровьем шутки плохи.