Мозер: в Китае предлагали безумные деньги, но я не могла уехать из России

Нина Мозер после возвращения к активной тренерской работе рассказала в интервью Василию Конову на YouTube-канале KonOff о том, сколько стоит подготовить спортивную пару – от постановки номера до годового бюджета, об учениках конкурентов, о проигрыше спора Максиму Транькову и дружбе с Николаем Цискаридзе.

— Наверное, внутреннее состояние, все-таки столько лет в фигурном катании, практически с детства. Была попытка отключиться, не видеть, не слышать, забыть после Пхенчхана, а в декабре я за своими ребятами наблюдала, которые у нас в школе катаются, увидела ошибки — я громко закричала от возмущения, что не получилось. И я поняла — все, пора возвращаться! Есть силы, есть желание. Раз уже кричу, значит, пора (смеется).

Олимпиада в Пхенчхане

— После достаточно долгого периода доминирования Mozer Team произошел 2018 год, Пхенчхан, когда ребята не попали в тройку в индивидуальных соревнованиях, в команде — серебро. Я помню, с каким лицом вы выходили со льда в Пхенчхане. Вот встреть вне соревновательной части — ощущение, что какая-то трагедия произошла.

— Для меня — да, потому что я максималист во всех своих стремлениях, я всегда стараюсь все делать по максимуму качественно, так, чтобы была возможность победить. И когда после короткой мы вторые с минимальным отрывом от первого места, я верю в то, что у нас все получится, потому что мы готовы, у нас прекрасные прокаты — сезон давал мне понимание того, что мы можем сделать.
По крайней мере, я не ставила для себя целью золото Олимпийских игр, я понимала, что Женя дебютируют с Володей, это всегда очень сложно. Я понимала, что все корифеи собрались, и они хотят встать на этот пьедестал, но была вера в то, что у нас получится. К сожалению, Женя накануне, после короткой, начиталась массу наших прекрасных интервью, журналисты кричали, писали и говорили, что все, фактически золото у нас в кармане, и она настолько перевозбудилась, что когда она шла на старт, я увидела…
Знаете, у нас есть традиция: перед произвольной — нашатырь. Просто такое маленькое действие. Я смотрю — она нюхает эту ваточку с нашатырем как духи. Раз вдохнула, два — и никакого эффекта. И я поняла, что она перевозбуждена настолько… Только с третьего раза — а, есть, есть. И вот она вышла в таком состоянии, и разминка была кувырком. Последний стартовый, все катают, и я сама уже понимала, что что-то не так. Ну вот, к сожалению, не получилось.
А мое лицо — это еще было счастливое лицо, потому что следующие три дня я каждые два часа начинала плакать. Для меня плакать — это вообще небывалая история! Правда, там еще был один сложный разговор с человеком, как-то все это в комбинации, и для меня мир остановился, наверное, на длительный промежуток времени.

Я при малейшем воспоминании, что случилось, а ведь они прокатали с двумя ошибками, причем одна ошибка — это касание льда рукой, а вторая — она просто не стала делать тройной. Сейчас с такими ошибками люди выигрывают соревнования! Даже большее количество ошибок все равно приводит к победам, а там настолько были опытные фигуристы, настолько все было серьезно, что вот это для нас оказалось деревянной медалью. Сложные воспоминания. Честно, вот только-только стала забывать (смеется).

Мозер: в Китае предлагали безумные деньги, но я не могла уехать из России

Владимир Морозов и Евгения Тарасова после исполнения произвольной программы на Олимпийских играх в Пхенчхане
— То есть такое опустошение было?
— Опустошение полное, да.